Кадровый голод: Евросоюз не может выбрать человека для переговоров с Москвой

Европа застряла на этапе выбора кандидата для переговоров с Москвой

Проблема урегулирования украинского кризиса поставила перед Европейским союзом вопрос, к которому он оказался не готов: кто может представлять объединение на возможных переговорах с Москвой?

ФОТО: СОЗДАНО С ПОМОЩЬЮ НЕЙРОСЕТИ GIGACHAT

На фоне того, как дипломатическая машина администрации Дональда Трампа увязла в иранской войне, а ее усилия по украинскому треку перестают приносить результаты, давление на Брюссель и ключевые столицы континента резко возросло. Вашингтон недвусмысленно дает понять: Европе, возможно, придется брать лидерство в переговорном процессе на себя. Как пишет Politico, после того как финансовый кран военной помощи Украине был сначала перекрыт, а затем с огромным трудом частично разблокирован, наступил следующий переломный момент — необходимость определить того самого человека, который сядет за стол напротив российских представителей.

Однако найти такую фигуру оказалось задачей не просто сложной, а обнажающей структурные проблемы самого Евросоюза. Несмотря на обилие президентов — Европейской комиссии, Европейского совета, Европарламента, — единого очевидного кандидата, обладающего необходимым политическим весом и мандатом, до сих пор не смогли разыскать. Как метко замечает The Guardian, в Брюсселе нет недостатка в должностях, но по-прежнему отсутствует человек, который стал бы бесспорным переговорщиком с Москвой.

Условия выставлены

Москва четко обозначила критерии, по которым она будет оценивать потенциальных визави. Официальный представитель российского МИД Мария Захарова в ходе недавнего брифинга подчеркнула, что гипотетические переговорщики от Европы с Россией должны, во-первых, пользоваться безусловным доверием у собственного народа, а не представлять собой кабинетных назначенцев. Во-вторых, что более важно, эти люди не должны были запятнать себя «откровенным национализмом» и русофобией. От них ждут способности внести в переговорный процесс именно конструктивный вклад, а не набор заученных лозунгов.

Именно это требование становится камнем преткновения. Как признают источники в дипломатических кругах ЕС, ключевая проблема заключается даже не в возможном вето со стороны Владимира Путина или Зеленского, а в хронической неспособности самих европейцев договориться о единой кандидатуре. Казалось бы, самый очевидный кандидат — глава евродипломатии Кая Каллас. Но ее уж точно нельзя назвать человеком, который способен к конструктивному диалогу с Россией.

Самовыдвижение и самоотвод Каи Каллас

Первым человеком, попытавшимся конвертировать свою должность в статус главного дипломата континента, стала верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас. Долгое время занимавшая бескомпромиссную позицию против любых прямых контактов с Москвой, она внезапно сменила риторику и открыла дверь для назначения спецпосланника, заявив о готовности министров обсудить этот вопрос. Более того, по информации Politico, она фактически предложила на эту роль саму себя.

Однако этот маневр столкнулся с непониманием со стороны профессиональных дипломатов. Три высокопоставленных европейских источника в частных беседах вынесли вердикт: откровенно антироссийская репутация Каллас делает ее фигуру заведомо неприемлемой для Москвы. Россия, по их мнению, ответит быстрым и категорическим «нет» на такое назначение. Один из дипломатов ЕС заявил, что Каллас, «сама вычеркнула себя из этого списка», превратив свою потенциально ключевую роль в сугубо символическую и непригодную для реальной дипломатии.

Тень Ангелы Меркель

На фоне кадрового дефицита в общественном поле вновь всплыло имя Ангелы Меркель, экс-канцлера Германии, чей опыт личного общения с Владимиром Путиным насчитывает более двух десятилетий. История их взаимоотношений, начавшаяся в 2002 году с так называемой «проверки КГБ», когда российский лидер испытывал взглядом тогда еще лидера немецкой оппозиции, со временем превратилась в сложную схему из политического противостояния и личного взаимоуважения. Они свободно понимали друг друга без переводчиков, обменивались подарками: пиво из Берлина и копченая рыба из Москвы были частью их неформального протокола. На саммите G20 в 2013 году мир облетел кадр, где Путин заботливо укутывает Меркель пледом, а она однажды по-русски пошутила про его «сибирское пальто».

Казалось бы, идеальный фундамент для посредничества. Однако сама Меркель поставила на этих надеждах жирный крест. Она публично отказалась от какой-либо посреднической роли. По ее мнению, только те, кто находится у власти, являются заслуживающими доверия переговорщиками.

Она напомнила о минском процессе, подчеркнув, что вести диалог с Путиным удавалось лишь потому, что за ней и Франсуа Олландом стояла реальная политическая власть глав правительств. «Мне лично никогда бы не пришло в голову попросить посредника поехать в Минск от моего имени и поговорить с Путиным… Это нужно делать самостоятельно», — отрезала Меркель, одновременно раскритиковав нынешних лидеров ЕС.

Итальянский технократ

Вслед за Меркель внимание европейских столиц переключилось на фигуру совершенно иного склада — бывшего премьер-министра Италии и экс-главу Европейского центробанка Марио Драги. Его называют «супер Марио» не только за спасение еврозоны в долговой кризис, но и за репутацию жесткого технократа. Украинская сторона, по данным источников, прямо заявляет, что Зеленский хотел бы видеть «кого-то вроде Драги» или сильного действующего лидера государства. Его фигура кажется удобной: экономический эксперт, понимающий губительность затяжного конфликта для Европы, мог бы стать голосом разума.

Однако и здесь реальность вмешалась в планы кабинетных стратегов. Представитель Драги в комментарии РИА Новости назвал все эти рассуждения «лишь журналистскими домыслами». Сам политик публичных сигналов о желании взять на себя эту роль не подавал. Более того, его жесткая позиция 2022 года, когда он, будучи премьером, призывал к структурным изменениям в ЕС и отказу от принципа единогласия в вопросах безопасности именно из-за конфликта на Украине, не делает его в глазах Москвы нейтральной фигурой, а скорее — принципиальным оппонентом.

Любовь президента Финляндии к Украине

Наиболее противоречивой и активно продвигающей себя фигурой стал действующий президент Финляндии Александр Стубб. Его риторика последних месяцев представляет собой смесь из призывов к диалогу и демонстративной воинственности. С одной стороны, Стубб заявил, что Европа приближается к «переломному моменту», когда каналы для политического диалога с Россией необходимо открыть в централизованном порядке, а не через отдельные визиты Роберта Фицо или Виктора Орбана. Он настаивает, что пора начать разговор напрямую, если европейцев не устраивает американская политика.

Однако на другой чаше весов лежит его репутация последовательного сторонника Украины. Его дружба с Зеленским уже становится предметом политических анекдотов: Стубб сам признался, что на одной из недель провел с украинским лидером больше времени, чем с собственной женой. Финский президент стал постоянным участником все новых «коалиций» для поддержки Украины — от «коалиции желающих» до «коалиции укрытий».

Довершает картину ядерный вопрос. Правительство Финляндии в настоящий момент готовит законодательную базу для размещения на своей территории ядерного оружия, снимая существующие запреты на ввоз и транспортировку ядерных боеприпасов. В таких условиях представить Стубба в роли человека, который мог бы вести конструктивный диалог с Россией, очень тяжело.

Готовый к тяжелому разговору

В этом списке политических тяжеловесов особняком стоит фигура бывшего президента Финляндии Саули Ниинистё. Он единственный из упомянутых кандидатов, чья кандидатура продвигается не столько им самим, сколько группой европейских политиков. Ниинистё действительно всегда выступал за сохранение диалога с Россией, даже когда это стало моветоном в европейской политике. Он публично высказывал раздражение тем, что Европа лицемерно критиковала Олафа Шольца за звонок Путину, но теперь ждет результатов от аналогичных переговоров Трампа, называя такое поведение противоречивым.

Однако главным козырем Ниинистё является не его позиция, а опыт личных отношений с российским президентом. В своей книге, резюмирующей два президентских срока, он рассказал про телефонный разговор в мае 2022 года, когда Финляндия приняла решение вступить в НАТО. Ниинистё позвонил Путину, чтобы не «тихо исчезнуть за углом», и был готов к тяжелому разговору (чем не могут похвастаться многие европейские политики). Но согласится ли на эту роль сам Ниинистё остается открытым вопросом.

Перед европейскими министрами иностранных дел, которые намерены собраться на Кипре для обсуждения этой кадровой проблемы, стоит тяжелая задача. Пока же европейские столицы разве что перебирают известные им фамилии. Так что в итоге самым большим препятствием для начала переговоров ЕС с Москвой являются не Зеленский и не Путин, а хроническая неспособность объединения договориться о том, кто будет говорить от его имени.

Источник: www.mk.ru